ПЕТРОПАВЛОВСК ТОРГОВЫЙ

Выросший из крепости св. Петра Петропавловск вскоре стал развиваться как крупный торговый центр за Уралом. А начало тому было положено изданным немногим более 250 лет назад Высочайшим указом об открытии торговли в названной крепости.
В XVIII веке по объему торговых оборотов Петропавловск на всем сибирском пространстве уступал только городу Кяхте (Бурятия). Не случайно на первом гербе Петропав¬ловска был изображен навьючен¬ный верблюд.
Такой двугорбый символ торгового обмена на своих гербах имели Омск, Семипалатинск. И не случайно -ведь это сильное животное на протя¬жении почти двух тысячелетий пе¬ревозило тюки с товарами. Изобра¬жение верблюда на гербе города означало, что главным промыслом данного города является торговля.
Из письма Абылай-хана оренбу¬ргскому губернатору А.Давыдову: «Моя же и народа моего просьба, дабы по Ишиму в Петропавловской крепости зимним временем хлебную продажу дозволено было (вести. -Ред.)»- Ответ на это послание посту¬пил быстро. В нем сообщалось: «Во удовлетворение вашего киргиз-кайсацкого (так называли тогда каза¬хов. - Ред.) народа в крепости св. Петра учинить сатовку (обменную торговлю. - Ред.). Для чего русским купцам в ту крепость с товарами: му¬кой и крупой, съезжаться велено».
Казахи в то время не знали цены деньгами и вместо них единицей тор¬гового обращения был выбран годо¬валый баран. Дабы купцы не обма¬нывали покупателей, в 1790 году со¬ставили ценник. Согласно ему за де¬ревянное блюдо под бесбармак нуж¬но было отдать 1 барана, за фунт (400 граммов) чая, сахара - полба¬рана, за казан большой металличес¬кий - 5 баранов. Самовар средней величины стоил 20 баранов. Это был самый дорогой товар на ярмарке. Самовар весело попыхивал и в юрте казаха, и в рубленой избе русского крестьянина, и в каменных хоромах генерала. Отсутствие самовара бы¬ло символом крайней бедности.

Были в то время и другие единицы обмена: лошадь, шкура убитого жи¬вотного. Например, в материалах по истории Сибири Г.Потанина описы¬вается обмен товаров на сатовке в крепости св. Петра. В торговле с участием тюменских, тобольских купцов, бухаретинцев, казахов 7 ар¬шин красного сукна или 7 концов ткани китайки обменивались на ло¬шадь, два конца китайки - на лисицу, три мотка шелка - на шкуру корсака.
Доходы от торговли в этой крепос¬ти были больше, чем в Омской, Коряковской, Семипалатинской и Усть-Каменогорской. Вот описание тор¬говли в крепости в XVI11 веке: «Торго¬вая площадь находится под пушка¬ми крепости, обнесена рогатками и
имеет несколько лавок. Киргизы при¬ходят на торг караванами. В крепос¬ти бьют в барабан и приставляют к торговой площади караул. Купцы выкладывают свои товары и после этого пропускаются киргизы со сво¬им скотом. Больше всего они приго¬няют лошадей, быков, широкохвостых баранов. Привозят также мер¬лушки, кожи диких животных, кош¬мы, ковры, упряжь. Взамен своего товара они покупают железные кот¬лы, вертела, сукна, шелковые ткани, платки, иглы, позументы, нитки, би¬сер. Военные набирают диких лоша¬дей в драгунские полки. Их тут же, на лугу, пытаются объездить. Смех, шум, крик сопровождают объездку. Изредка приходят бухарцы и китай¬цы, они привозят бумажные и шелко¬вые ткани, мерлушки, посуду...».
В 1819 году в крепость св. Петра назначается инспектором Павел Алексеевич Ершов. Его сыну Пете, будущему сказочнику, в то время только четыре года. Мальчик пора¬жен обширной торговой площадью, лавками караван-сарая, одеждами купцов. Тогда-то он и увидел впер¬вые верблюда, картину объезда ло¬шадей, услышал непонятную речь. Позднее героем своей сказки он сде¬лал необычное животное - не то ко¬ня, не то верблюда. В той сказке Петр Ершов так представил петро¬павловский торг: «Там уж давка от народа. Нет ни выхода, ни входа. Так кишма вот и кишат, и смеются, и кри¬чат».
В 1829 году город посещает извес¬тный ученый А.Гумбольдт. Дотоле неведомый Европе Петропавловск попал в его книгу о Центральной Азии. Гумбольдт был поражен об¬ширным торгом в Петропавловске. Он упоминает о караванах, пришед¬ших из Ташкента, указывая, что на это передвижение ушло 56 дней.
Просматривая метрические книги петропавловских церквей XIX - нача¬ла XX века, я сделала вывод, что в то время Петропавловск населяли в основном купцы, военные и мещане. Купцы в зависимости от гильдии име¬ли счета в банке - от 8000 рублей до 50 тыс. и больше. У мещан банков¬ских счетов не было, но они имели небольшие предприятия - мыловарни, салотопни, различные мастер¬ские. Кстати, мой прадед-мещанин имел мастерскую, где делали брич¬ки, сани, пролетки. Богатые купцы меценатствовали. Купчиха Глазко-ва, например, вложила деньги в стро¬ительство самого большого в городе Вознесенского собора. На благотво¬рительном счету Зенкова - строит¬ельство церкви, такую же память о себе оставил Хлебников. Назаров построил баню и кинотеатр и т.д. За большой вклад в благоустройство города купцам присваивали звание «Почетный гражданин». Их именами называли улицы. В названиях улиц той поры отразился и основной род занятий многих петропавловцев: Торговая, Караванная, Меновая...
Сегодня Петропавловск тоже не испытывает дефицита в торговом деле - здесь множество рынков, ма¬газинов, лавок, ларьков. Но нынеш¬ним предпринимателям далеко до купцов прошлых веков. Не заверше¬на реставрация собора Петра и Пав¬ла - нет средств на окончание ремон¬та, нет крупных пожертвований. Дряхлеют старые дома - их некому реставрировать. Как тут не вспом¬нить времена, когда люди были бо¬лее отзывчивыми, не скупились на содержание в порядке города, в кото¬ром они жили.

Вера ЯВОРСКАЯ

Яворская В. Петропавловск торговый // Северный Казахстан. – 2010. – 25 декабря. – С.5