РУКИ МАТЕРИ

Моя прабабушка Ирина в 35 лет осталась вдовой с тремя детьми на руках. Младшей, Анфисе, не было и трех лет. Что делать? Пенсий в царское время не платили, грамоты не знала. Единственным заработком стала стирка белья у богатых купцов. Старшего Кирилла пришлось отдать в батраки, десятилетнюю Федору - в няньки. Что было делать с маленькой Анфисой, бабушка не знала. Оставлять на целый день ребенка одного - боялась. И потому брала с собой в дом, где стирала белье. Посадив девочку в уголок, укутав тряпьем, бабушка наказывала Анфисе сидеть тихо, а сама склонялась над корытом. Стирка всегда происходила на кухне, куда входили с черного хода. На втором этаже находились богатые комнаты, изразцовые печи, паркетные полы.
Однажды купчиха спустилась на кухню и увидела закутанную в тряпье хорошенькую девочку, которая играла с деревяшками и с удивлением смотрела на красиво одетую тетю. "Чья девочка? - спросила купчиха. "Моя", - с испугом ответила бабушка. "Отдай нам ее в дети, у нас своих нет", - сказала купчиха. Что оставалось делать бабушке? Поплакала и согласилась. В одночасье жизнь маленькой девочки изменилась: ее одели, как куклу, купили дорогие игрушки. Теперь только изредка видела бабушка Ирина свою дочку. А так хотелось обнять ее, приласкать хоть один разок. Заходила в дом Ирина с черного хода, иногда стирала, иногда просто пила чай с горничной.
Однажды Анфиса, раскрасневшаяся, нарядная, забежала на кухню и увидела за столом бедно одетую женщину. Хотя она и звала мамой и папой вновь обретенных родителей, но, видимо, где-то в глубине детского сердца осталась память о родной. Увидев дочку, Ирина не сдержалась и заплакала. Девочка очень удивилась: "Почему ты плачешь, тетя?". И вдруг какой-то необъяснимый порыв толкнул девочку в объятья Ирины, которая гладила девочку, прижав к себе, и ничего не могла сказать. С этого времени мать и дочь стали встречаться. Ирина приносила немудреные подарки. И девочка, которая бросала недоеденные шоколадные конфеты, с удовольствием ела дешевые пряники или разноцветные петушки на палочке. Анфиса не могла понять, почему ей хотелось прижаться к этой бедно одетой женщине, почувствовать тепло ее рук. А руки у Ирины были загрубелые, большие, красные от мороза. В те времена в Петропавловске выстиранное белье обязательно несли полоскать на Ишим, даже несмотря на мороз. Однажды, разглядывая холеные, белые мягкие руки своей новой матери, Анфиса спросила: "Мама, почему у тебя такие холодные руки? А вот у тети Ирины такие теплые". Позднее Анфиса узнала правду о своем удочерении и до конца жизни не смогла простить матери, что ее отдали в дети. "Я же хотела как лучше, - оправдывалась Ирина. -Смотри, какое у тебя богатство, как ты хорошо одета, не знаешь, что такое голод и холод". "Не надо мне никакого богатства. Вы не любили меня, потому и отдали", -плакала Анфиса.
Выдали ее замуж за богатого купца. Но какой-то надлом в душе подтачивал Анфисино здоровье. Умерла она молодой, оставив единственного сына Ванечку. А бабушка Ирина вторично вышла замуж и уже когда ей было за сорок, родила Прокопия. Дождалась рождения первой внучки от него, будущей моей матери Марии. А история о теплых руках матери сохранилась в нашей семье.