«…А ХВОСТ НА ЗАБОРЕ»

Уже скоро минет четыре года с тех пор, как ушел в прошлое 20-й век. А вместе с ним ушли названия многих вещей, окружающих человека, одни заменились новыми названиями, другие вообще бесследно исчезли.

Помню загадку, которая присутствовала в букваре первого класса: "Разноцветное коромысло над землей повисло". Не все современные дети знают значение этого слова. А в наше время коромысло имелось в каждой семье. Без него не принесешь воды. Целые деревни занимались их изготовлением. Коромысло раскрашивали, гнули, чтобы оно лучше прилегало и было удобно. Помните песню: "Несет Галя воду, коромысло гнется, а за ней Иванко, как барвинок, вьется".

Воду продавали в особых водопроводных будках на деньги или талоны. У меня имелось маленькое детское коромысло и два маленьких ведерка. Я гордо шла за водой рядом с мамой.

Другая загадка из букваря наших лет: "Утка в море, а хвост на заборе". Вряд ли нынешние ребята отгадают эту загадку. А для нас она была ясной и понятной. Это ковшик, опущенный, в кадку. Он имел крючок и висел на ней. В кухне всегда стояла кадка или бак с водой и в него опущен ковшик.

В доме имелось много глиняной посуды. Молоко наливалось в глиняные крынки и скисалось в них. Деревянной ложкой собирали с крынок сметанку. Сепаратор облегчил процесс -получения сметаны.

Бед русской печки в то время трудно представить любой дом. Она служила, и лежанкой, на которой согревались, приходя с мороза, в ней пекли, варили, жарили, парили. Среди кухонной утвари царил чугунок. Весело булькала в нем картошка, варили (л упревали каша или борщ. Чтобы вытащить его из печи, брали ухват или рычаг. А деревянная лопата служила для того, чтобы посадить и вытащить испеченный хлеб. Исчезли из домов полати - это высокие нары под потолком. На них мы спали. Там, наверху, было тепло и уютно. Старенький полушубок, постеленный вместо перины, подушка, лоскутное одеяло служили нам постелью.

В 1948 году, после того как провели газопровод Саратов - Москва, одна наша знакомая, побывав в столице, захлебываясь от восторга, рассказывала, что достаточно поднести спичку, включить горелку, как тут же вскипятишь чай, сваришь суп. А кастрюли останутся незакопченными. У нас в то время на кухне царствовали керосинки, примусы, керогазы. Керосин продавали в особых лавках. За ним тогда приходилось постоять иной раз и в очереди. В каждой семье имелась емкость под него. Чаще всего - бидоны.

В начале XX века белье гладилось особым способом. В каждой семье имелись каток и валик. Они были деревянные. Один рифленый, как стиральная доска, другой - гладкий. Белье наматывалось на валик, а потом вступал в действие каток. Позднее появились чугунные утюги с углями. Мама после такого глажения страдала головной болью, так как утюг выделял угарный газ. Были и тяжелые чугунные утюги, которые грелись на плите.

В каждом доме среди необходимых вещей имелся самовар. Чай пили медленно, неторопливо, наливая его в блюдце и дуя на него. Пили с мелкими кусочками сахара, который кололся специальными щипчиками.

Если больше не хотели чая, переворачивали чашку вверх дном и благодарили хозяев. В каждом доме имелся умывальник или рукомойник. Нередко медный, как, например, у нас. Каждую субботу мы начищали его до зеркального блеска.

Долгими зимними вечерами в деревнях садились за ткацкие станки -кроены и на них ткалось льняное полотно. Каждая девушка готовила себе приданое - ткала полотенца, скатерти, рубашки. Все нижнее белье готовилось из беленого холста.

Стирали белье щелоком. Его кипятили, бучили в больших корчагах и полоскали зимой в прорубях, колчагах и на морозе.

Давно ушли из домашнего обихода детские зыбки или люльки. А у меня по сей день перед глазами крюки, на которые подвешивалась зыбка, сделанная из парусины, натянутой на деревянные палки. Позднее вверху появилась пружина, с помощью которой качали люльку, чтобы ребенок спокойно слал. Нет теперь детских свивальников - полосы грубого полотна, в которые упаковывали дитя, как в кокон, прижимая ручки к бокам и вытягивая ножки, чтоб они были стройными. И в таком положении ребенок лежал целый день. Вместо соски нажевывали в тряпочку хлеб с сахаром. Спеленатый накрепко свивальником, с заткнутым ртом малыш лежал или в зыбке, или его брали в поле, где работала мать. Там он лежал под березкой и ждал, когда его мать покормит. Так росли наши мамы и бабушки.

А как не вспомнить наш незабвенный патефон! Заводился он ручкой, ставилась пластинка, опускалась игла, сначала слышалось шипение, а потом лились звуки музыки. Под патефон мы учились танцевать. Танго "Брызги шампанского", веселый фокстрот "Рио-Рита", "Кубинская голубка" стали музыкой нашей юности.

XX век ушел от нас, оставив нам много хорошего, и унес с собой многие вещи, которые стали не нужны. XXI век - люди ждут от него новых чудес.

Вера ЯВОРСКАЯ, краевед

Яворская В. «…А хвост на заборе» // Северный Казахстан. – 2004. – 24 ноября. – C.6.