Владимира Георгиевича Шестерикова я видел один раз. Это была, что называется, «встреча на перекрестке». Он спешил по своим редакционным делам, я -по своим.
Что успеешь на перекрестке, пока горит зеленый свет? Пожать руку. Посмотреть в глаза. Улыбнуться. Сказать несколько теплых слов. Все.
Первая встреча оказалась последней.
Но поэта Владимира Шестерикова я знаю хорошо. И люблю.
Это поэт дарования уровня Николая Рубцова.
Если бы мой земляк прервал лебединый подвиг верности и сменил свою прекрасную северную провинцию (кстати, журнал, который он редактировал, так и назывался «Провинция») на Москву, то достиг бы несравненно большего успеха и славы.
Но стала бы от этого переезда чище его поэзия?
Неуверен.
Я никогда не читаю биографии поэтов. Зачем?
Что такое Поэт?
Душа.
Душа поэта живет в его стихах.
Мне близка душа Владимира Шестерикова. К тому же мы земляки. Под одним северным небом воспитывались наши родственные души, под тревожным небом, где даже весенняя черемуха метет поземкой.
Как и в любой настоящей поэзии, в его стихах живет глубокое религиозное чувство, в них чувствуется умиротворяющее дыхание Бога. В каждом настоящем поэте есть что-то от святого. Поэзия в выпавший на нашу долю безбожный век заменила нам религию. Северная, метельная поэзия Владимира Шестерикова полна печального умиротворения и чистой любви, обретенной через боль и душевные страдания:
Прощаю всех. У всех прошу
прощенья.
Но лишь себя не могу
простить.

Что такое поэзия? Исповедь талантливого и чистого сердца.
Отчего-то запомнились простые строки, почти проза:

Постою я тихо у тревожной
За ночь остывающей воды.

И как укор всем, кто перепутал литературу с коммерцией:

Ну, куда идем мы, братцы?
Раньше, боже упаси,
Так над горем посмеяться
Не посмели б на Руси.

Мне кажется, на Земле одновременно живет очень немного Поэтов. Умирая, они оставляют свою душу очередному избраннику.
Но все же я когда-то был.
Я вспоминаю смутно-смутно,
Как по родной земле ходил
И от нее ушел под утро.

От этих простых строк Владимира Шестерикова у меня мороз по коже. Я верю, что на сороковой день произойдет мистическое событие - печальная и мудрая душа поэта Владимира Шестерикова поселится в новорожденном мальчишке из Прии-шимья. И с первым его криком родится новый поэт.

На судьбу нам не надо сетовать,
Ни к чему наш извечный вопрос,
Хорошо ли жилось на свете,
Хорошо ли?
Да как уж пришлось.
Пусть нас ветры судеб кружили
На излом,
Только знай-хорошо,
Что на свете мы жили да были,
А даст Бог, то побудем еще!

Это его завещание.
Прощай, поэт.
Здравствуй, поэт.

Николай ВЕРЕВОЧКИН, писатель,
г. Алматы

Веревочкин Н. Душа поэта – в его стихах // Северный Казахстан. – 2010. – 3 июля. – С.5