Анатолий Ким:

КАЗАХСКУЮ И РУССКУЮ ЛИТЕРАТУРУ РОДНИТ

ИНТЕРЕС К ЧЕЛОВЕКУ

Уроженец Чимкента, почитаемый в литературных кругах как "живой классик", но почти неизвестный в кругах широких, писатель Анатолий Ким встретился с нашим корреспондентом во время одного из своих визитов на родину.
Анатолий Андреевич (фото) сейчас живет в Подмосковье, ведет уединенный образ жизни. Активную творческую жизнь Анатолий Ким совмещает с не менее напряженной общественной деятельностью: он уже много лет преподает в московском Литературном институте им. М.Горького. В прошлом году он выпустил свой новый роман "Остров Ионы". "Жду, когда мир отзовется на мой подвиг", - посмеиваясь, говорит он.
Хочешь изменить этот мир - тогда начинай с себя.
- Я считаю себя учеником Льва Толстого. Однажды один журналист спросил меня: "Как вы можете называть себя учеником Толстого? Что общего у вас с Толстым? Если взять все ваши романы, вы ни в чем не напоминаете Толстого". Я ответил: "Тот ученик, который похож на своего учителя - это плохой ученик. Хороший ученик - это тот, кто взял от учителя самое значительное и самое главное и очень от него отличается. Потому что повторять учителя - это то же самое, что не сделать ничего". Я себя считаю учеником Толстого потому, что я научился у него только одному: надо рассказывать о человеке, изначально видя в нем существо хорошее. Вот в этом для меня и заключается школа Толстого: я хотел бы писать мир, как его писал Толстой - в каких бы ситуациях он ни был трагических, но этот мир - хороший. Это мир - человеческий. Мир человеческий - это мир хороший. Не закрывая глаза ни на что, ни на какие трагедии. Ни на какие кровавые проявления наших неистовств. Вот в этом отношении я смело себя могу называть учеником Толстого и что я принадлежу к русской литературе. Несмотря на то, что русская литература не явила миру никаких величайших идей, эпохальных образов, не отразила в себе чего-то, что связано с высочайшим полетом мысли, интеллекта человека, но она и ее художественный принцип: "Человек - интересен" оказались очень сильными, и она произвела такое впечатление во всем мире, оказала такое воздействие, что русскую литературу признала и полюбила вся мировая читательская общественность. Вот в этом заключается сила и значение русской литературы. Но с переходом на рельсы
детективного повествования русская литература теряет свои позиции. Я имею в виду постмодернистов. Создалась возможность реализовать все самое злое, все самое дурное, что есть в человеческой душе. В язык начала вкрадываться откровенная матерщина, в содержании произведений появились вещи, которые раньше скрывались, как постыдная тайна. И в суете этих постмодернистских литературных произведений она уже потеряла свои позиции и значение. Этот декаданс есть вырождение духа человеческого, его принятие знака сатаны. В этих произведениях рассказывается о том, как мерзок человек, как он жесток, мелок и безнадежен - это ведь измена главному принципу русской литературы, который гласит: "Человек - интересен, потому что он хорош". А ведь этот принцип лежал в основе всей великой русской классической литературы, начиная от Карамзина, включая Пушкина, Достоевского, Льва Толстого, Чехова. К сожалению, вся эта могучая сила совершенно не унаследована теперешними писателями. Толстой говорил: "Хочешь изменить мир - измени сначала себя". Эти слова Толстого оказались пророчески верными - теперь уже об этом можно говорить. Ведь когда начинали действовать Ленин и Толстой, это было время предреволюционное. В России два человека предложили обществу два пути. Толстой предложил путь личного самосовершенствования. Он говорил, что если каждый сможет изменить себя, если каждый сможет одолеть свое собственное зло внутри себя, то все общество изменится. Ленин предложил другое: "Надо создать такие внешние условия, когда зло будет подавлено. Мы установим справедливость, мы уничтожим эксплуатацию человека человеком, все богатства будут принадлежать народу. То есть нужно изменить внешний порядок жизни и этим можно добиться построения справедливого общества. После кризиса идей Ленина, после их полного фиаско теперь мы можем сказать, что для переделки этого мира нам осталась всего одна возможность. Когда люди переменятся внутри себя, тогда переменится мир вогруг них, и общественное устройство, и межчеловеческие отношения. Двуязычие - это огромное преимущество
Меня очень многое связывает с казахской культурой. Много-много лет назад в Москве Роллан Сейсенбаев привел ко мне своего друга - молодого писателя Оралхана Бокеева. Он был не намного моложе меня. Роллан дал прочитать его подстрочные переводы, и когда я воочию смог познакомиться с Оралханом Бокеевым, я увидел в нем замечательного художника, писателя. И тогда же я начал переводить его произведения, которые очень хорошо прозвучали среди русских читателей, они также были замечены за границей. Это действительно замечательный писатель - Оралхан Бокеев. Я его для себя определил так - казахский Кнут Гамсун. Мне грустно, что он так рано ушел из жизни. Когда я приезжаю в Казахстан, мне его очень не хватает, очень. Потом я переводил повесть Толена Абдикова "Отцово прощание". Повесть совершенно пронзительную, характерную для казахской литературы. Она тоже хорошо прозвучала. Недавно, два года назад, я перевел дилогию Абдижамила Нурпеисова "Последний долг". Этот роман был эпическим, но одно меня очень заинтересовало. Я впервые увидел в казахской прозе примененным метод "потока сознания". Для меня это было неожиданно, потому что Абдижамил Нурпеисов - писатель, который принадлежит к старой формации. И вдруг он мне дает такую рукопись. Там все происходит в системе "потока сознания": в своем произведении автор не живописует эпически, как это делается традиционно.
С помощью метода "потока сознания" был применен еще один интересный прием: когда "поток сознания" реализуется в виде обращения к самому же себе. Я очень люблю форму. Я в литературу пришел из живописи. А в живопись я пришел в то время, когда все узнали, все были потрясены импрессионистами, постимпрессионистами, живописью Пикассо, Сальвадора Дали. И для нас, молодых художников, было задачей именно обрести новую форму, писать по-новому, найти свой новый рисунок, метод изображения. Когда я пришел из живописи в литературу, для меня была та же задача: мне всегда интересно, когда я вижу новую форму. И мои интересы были сполна удовлетворены великим авангардом литературы двадцатого века: творчеством латиноамериканских писателей, французских и японских авторов. В казахской литературе есть что-то родственное русской литературе. Это такая значительная черта, как интерес к человеку. Возьмем Гумилева. Его философия пассионарности и евразийства родилась от духовного родства Степи и Руси. Здесь наше роднение, здесь мы можем понимать друг друга, здесь наши общие духовные интересы. Вот я держу в руках журнал "Аманат", издаваемый Ролланом Сейсенбаевым. Между Казахстаном и Россией уже давно прерваны культурные связи. Этот журнал выходит на русском языке, и я вижу, что находится в программе реализации этого журнала. Я вижу здесь всех писателей мировой литературы. Всех писателей, которые создали эту великую литературу XX века, основанную на создании своих языковых материков, горных кряжей.
Литература XX века, в ее классическом выражении, является литературой языковых систем. Все эти писатели в этом журнале наличествуют: Эрнест Хемингуэй, Абиш Кекилбаев, Борхес, Герман Гессе, Кобо Абэ, Апдайк, Гарсия Маркес и многие другие. Меня радует, что в Казахстане появилось такое издание, которое трудно переоценить. В России в советское время было такое издание, как "Иностранная литература". Теперь, к сожалению, нет такого издания, которое сосредоточило бы свое внимание на шедеврах мировой литературы в ее авангардном проявлении. То, что было в XX веке авангардом, литературным ноу-хау, теперь уже стало классикой высочайшего уровня. В журнале я вижу тот же принцип отбора классических литературных произведений XX века в их авангардном значении. Это большое достижение для казахской культуры, которая свободно владеет двуязычием - русским и казахским. Насчет двуязычия есть много разных мнений, но одно мне кажется несомненным: двуязычие является не пороком, а огромным преимуществом для культурного человека. И страна, народ которой владеет двуязычием, через такие издания, как "Аманат", получает очень много ценного от мировой культуры. Ведь это же все остается в республике, и ареал казахской культуры увеличивается на эти колоссальные пространства здесь перечисленных писателей.

Михаил КУТУЗОВ.